bauris: (Default)
Поскольку от статуй публика перешла к историческим закономерностям, скажу свое мнение.

Рабство в Тринадцати Колониях к моменту революции создало социальный слой, который не только брал на себя всю черную и малопочетную работу, но и - важно - не имел никаких политических прав и даже возможности попытаться сформулировать эти права. С одной стороны, это очень плохо, но с другой, принятием на себя всех самых низших социальных функций рабы обусловили существование свободного класса американских колонистов как более-менее равных в социальном и имущественном статусе мелких собственников. И только такой класс в принципе мог как выдвинуть программу "никаких налогов без представительства" (в которой органически сошлись капитализм и республика), так и, отстаивая ее, сохранить благодаря своей гомогенности относительную сплоченность. Только такой класс и мог победить в Американской Революции.

Совсем не то было в Европе, где даже в изживших к XVII-XVIII вв. крепостное право странах общество было крайне расслоенным: функции рабов (пусть на более мягких условиях) брали на себя британские коттеры, нищие обитатели парижских рабочих предместий и тому подобные страты, в сумме большинство населения. Общих интересов с будущими революционными мелкобуржуазными лидерами в своих странах у них было немного, а свою конструктивную программу они сформулировать не имели шансов, однако (в отличие от рабов!) акторами вполне готовы были стать - и именно поэтому что английская революция до того, что французская после вышли и близко не так гладко, как американская. Т. о., есть очень веские основания считать, что, не будь в Новом Свете рабства, а будь типичное западноевропейское расслоение свободного населения - Американская Революция прошла бы чрезвычайно болезненно: были бы и американский Кромвель, и американский Робеспьер, была бы американская гильотина и американская Вандея. Соединенные Штаты (если бы при таком сценарии они сумели отделиться от Англии) в итоге образовались бы как более слабое и гораздо менее демократичное государство, и революционная война за их создание не стала бы вдохновляющим примером для европейских республиканцев. Иной бы стала история XIX века, движение остального мира к демократии пошло бы другим и более медленным путем, и планета сегодня была бы совсем непохожим на нашу реальность - и, скорее всего, заметно худшим местом.

Так что претензии современных черных абсурдны не только потому, что без мрачных страниц прошлого они жили бы не в США, а в Нигерии - но и потому, что и Нигерия в этой альтернативной временной линии была бы не успешно развивающейся, пусть и пока что бедной страной, а филиалом ада на Земле.

Более того, вырисовывается довольно шаткая, но, КМК, заслуживающая внимания гипотеза о том, что систематичное экзогенное (и впридачу частнособственническое) рабство - ноу-хау индоевропейцев, и именно оно стало одним из ключевых факторов, определивших их (и остального мира) успех. И это видно на протяжении всей истории: жесточайшие законы к рабам позволяли древним хеттам иметь гораздо более мягкие законы к свободным по сравнению с египетскими или вавилонскими, которые чаще всего заканчивались фразой "...должен быть убит"; рабовладение над покоренными дравидами позволяло существовать древнеиндийским протореспубликам - ганам и сангхам (которые, увы, в итоге проиграли в соперничестве местной деспотической традиции, неограниченному правлению раджей); рабство позволило возникнуть полисной демократии, протонауке и философии в Греции; рабство позволило выстроить Римскую Империю с ее техническим прогрессом и стандартизацией - чтобы к моменту ее распада передать все достижения античности более мягкой форме эксплуатации, средневековому серважу. А со временем, когда уровень производительных сил повысился, и его отменить, сделав людей лично свободными.
Альтернативы, увы, не было: остальные культуры либо не доросли до уровня цивилизации, либо рабство в них было эндогенным, государственным и всеобщим - именно так обстояли дела от Китая до Месоамерики. Человечнее их система все равно не была, но к тому же и условий для роста производительных сил не создала.

А мораль такова: все, что ни делает центр цивилизации, необязательно гуманно и необязательно справедливо - но почти без исключений в конечном счете взаимовыгодно.
bauris: (Default)
Journalist amid Antifa Berkeley Riots: “Police have completely disappeared … People getting beaten up”

“No Trump, no Wall, no USA at all”


Тот трэш, что творится в американских университетах, беспокоит кабы не более всех иных нестроений, поскольку в кампусах растет будущее, и не только США, но и во многом всего мира. Это очень серьезная трещина, углубляющая раскол помимо привычных расколов по имущественным, расовым и религиозным признакам: сам доступ к высшему образованию может оказаться лишь у тех, кто в состоянии не только его оплатить, но и принять чрезвычайно жесткую, не терпящую никаких отклонений и компромиссов мировоззренческую повестку "борцов за разнообразие" - или подвергнуться жесточайшему психическому террору и не суметь получить образование в таких условиях.
bauris: (Default)
Есть у меня слегка конспирологическая версия о том, что рубеж, на котором Америка раскололась - 2012 год, второй срок Обамы. К тому моменту, несмотря на постепенный выход из кризиса, в американском обществе стал заметен явный запрос на масштабные перемены - этот Союз уже недостаточно совершенный, несите новый. Кульминацией этого запроса стало движение Occupy Wall Street, попытка сформулировать видение массами этой новой модели, и по наиболее заметным его лозунгам видно преобладание классового противоречия: преодоление отчуждения элит, прямая демократия, открытость всех механизмов принятия решений (хактивизм), более справедливое распределение матблаг и т. п. При этом в акциях плечом к плечу стояли все, кто безусловно подпадает под определение underrepresented и marginalised: от анархо-коммунистов до крайне правых, тех самых, что скандировали про "Zionist Jews control Wall Street". Нетрудно заметить, что это те самые люди, которые сегодня бьются насмерть уже не вместе, а друг с другом.

Итак, Occupy Wall Street стала первой попыткой новейшей эпохи сформулировать новую программу общечеловеческих ценностей, за которой могли последовать куда более мощные итерации, и администрация Обамы второго срока сделала все, чтобы она стала последней. Возведение политики идентичностей на государственный уровень, назначение печально известной Кэтрин Ламон, щедрое спонсирование "гуманитарных исследований" микроагрессий, шэйминга и прочего абьюза, разжигание межгрупповой вражды в кампусах - все это не сработало бы без наличия других объективных предпосылок, но благодаря целенаправленным усилиям государства сработало блестяще. Само представление об общечеловеческих ценностях повергнуто в прах, все измеряют друг другу дискриминированность, (пост)классовая антиэтатистская борьба подменена межгендерной, межрасовой и межрелигиозной, Ассанж и Сноуден замазались в глазах своих левых почитателей как "российские агенты" по уши, и ничего угрожающего системе нынешнее американское общество, кажется, породить вообще не в состоянии. Ура. Но за этот коварный выигрыш администрация Обамы и поплатилась Трампом и альт-правыми - теми самыми, что в 2011-м стояли на улицах протеста рядом с будущими social justice warriors.

Что думаете, дорогие читатели?
bauris: (Default)
...Да все мы за Линкольна, но Линкольн тоже расист, тоже белый, тоже мужик и, может, даже в живых вагиноамериканцев орудием угнетения тыкал - типичный оппрессор, однажды и до него доберутся.

А розовенькая шантрапа ни за Линкольна, ни за Америку, ни за демократию. Она только за себя.

Так что звиняйте: на видео мне как-то симпатичнее храбрый портняжка, чем мерзкие курицы, вопящие у него под носом.

bauris: (Default)
К теракту в Шарлотсвилле: Честно говоря, не знаю, кто в этой истории хуже: правак со съехавшей крышей, убивший человека или "прогрессивная общественность", сначала продавившая максимально хамское решение, а затем в ответ на нежелание его безропотно принять устроившая в сети отвратительную кампанию по дегуманизации своих оппонентов. Та самая публика, что ныне призывает линчевать арестованного убийцу, умудрялась прежде находить оправдания для чуть ли не любых преступлений, если они укладывались в их курс: вспомним бостонский теракт, когда прогрессивные журналисты не только призывали отказаться от смертной казни из общегуманных соображений (это еще куда ни шло), но и всерьез рассуждали о "вине федералов, не давших бедняжке гражданства" (как Мишель Макфи) или "возможности для бесправных(!!!) реализоваться через терроризм" (как пишущая в NYT наша эталонная набитая дура Маша Гессен). Каким цензурным словом это назвать?

В общем, градским властям точно стоило выбрать момент получше, дабы спорное решение выглядело компромиссом, а не уступкой клиническим дебилам (притом заведомо односторонней и без шансов на взаимность), или не принимать его вообще. А так, бедной Америке стоит пожелать восстановления политической культуры, чтобы вполне здравые и далекие от радикализма идеи о недопустимости обратной дискриминации, надуманности многих проблем с минорити и приоритете общечеловеческих ценностей над идентичностными можно было реализовывать в рамках умеренно-консервативных, ортолиберальных и особенно левых движений.

А не идти сразу в ку-клукс-клан.
bauris: (Default)


Из Америки бают, что Майка Флинна, о котором все сказано до нас, в трамповской администрации сменил генерал Герберт Макмастер. Из майского материала Defence One под интригующим заголовком How the Pentagon is Preparing for a Tank War With Russia можно узнать не только о внешнеполитических его взглядах (довольно закономерных для человека, служившего танкистом в USAREUR в зоне ответственности CENTAG в последние годы Варшавского договора, и сегодня видящего возвращение старого врага), но и о профессиональных:

When Lt. Gen. H.R. McMaster briefs, it’s like Gen. Patton giving a TED talk — a domineering physical presence with bristling intellectual intensity.

These days, the charismatic director of the Army’s Capabilities Integration Center is knee-deep in a project called The Russia New Generation Warfare study, an analysis of how Russia is re-inventing land warfare in the mud of Eastern Ukraine. Speaking recently at the Center for Strategic and International Studies in Washington, D.C., McMaster said that the two-year-old conflict had revealed that the Russians have superior artillery firepower, better combat vehicles, and have learned sophisticated use of UAVs for tactical effect. Should U.S. forces find themselves in a land war with Russia, he said, they would be in for a rude, cold awakening.

“We spend a long time talking about winning long-range missile duels,” said McMaster. But long-range missiles only get you through the front door. The question then becomes what will you do when you get there.
...
“Increasingly, close combat overmatch is an area we’ve neglected, because we’ve taken it for granted.” So how do you restore overmatch? The recipe that’s emerging from the battlefield of Ukraine, says McMaster, is more artillery and better artillery, a mix of old and new.

“When an Army fires unit arrives somewhere, it should be able to do surface-to-air, surface-to-surface, and shore-to-ship capabilities. We are developing that now and there are some really promising capabilities,” he said.

While the full report has not been made public, “a lot of this is available open source” said McMaster, “in the work that Phil Karber has done, for example.” Karber, the president of the Potomac Foundation, went on a fact-finding mission to Ukraine last year, and returned with the conclusion that the United States had long overemphasized precision artillery on the battlefield at the expense of mass fires... “In a 3-minute period…a Russian fire strike wiped out two mechanized battalions [with] a combination of top-attack munitions and thermobaric warheads,” said Karber.

The problems aren’t just with rockets and shells, McMaster said. Even American combat vehicles have lost their edge.

“The Bradley [Fighting Vehicle] is great,” he said, but “what we see now is that our enemies have caught up to us. They’ve invested in combat vehicles. They’ve invested in advanced protective systems and active protective systems. We’ve got to get back ahead on combat vehicle development.”

The past has a funny way of re-inventing itself, says McMaster.

“I never had to look up in my whole career and say, ‘Is it friendly or enemy?’ because of the U.S. Air Force. We have to do that now,” said McMaster. “Our Air Force gave us an unprecedented period of air supremacy…that changed the dynamics of ground combat. Now, you can’t bank on that.”

Pro-Russian forces use as many as 16 types of UAVs for targeting. Russian forces are known to have “a 90-kilometer [Multiple Launch Rocket System] round, that goes out, parachute comes up, a UAV pops out, wings unfold, and they fly it around, it can strike a mobile target” said Karber, who said he wasn’t sure it had yet been used in Ukraine.
...
All of these technologies could shape the future battlefield, but none of them are silver bullets, nor do they, in McMaster’s view, offset the importance of human beings in gaining territory, holding territory, and changing facts on the ground to align with mission objectives.


Итак, есть некоторые основания ожидать, что Макмастер в паре с Мэттисом встряхнут слегка выпавшее из реальности американское военное строительство, увлекшееся контринсургентскими, информационными, бесконтактными, словом, безвоенными войнами, слишком уверенное в своем превосходстве и реально забывшее о грубой силе. Ставка на выпуск противопартизанских легкозащищенных броневичков, распродажа все еще мощной тяжелой техники с хранения кому попало, постоянные переносы новых программ по замене устаревающих танков, БМП и САУ с постоянными же крахами этих программ в итоге, принцип "все лучшее Флоту и ВВС" - возможно, прекратятся.

Кстати, обращаем внимание на идущие жирным шрифтом цитаты Макмастера и Карбера - как видно, некоторые способны признать свои упущения и сильные стороны потенциального противника. Зубатову, если он вдруг читает эти строки, большой привет.
bauris: (Akhnaton at zero...)
Победа Трампа воспринимается нами (в России и Украине) трагически только из-за внешнеполитического компонента. Всем известные заявления про хорошего российского лидера, журналистские расследования про подозрительные переводы средств, якобы пришедшие из РФ, и прочее заставляют напрячься любого, кому небезразлична судьба Цивилизации. При этом сами симпатии правопопулистов в США и Европе к путинской России, вызваны ли они наивностью, самодурством или подкупом, полны трагического абсурда, ибо реальная РФ, конечно, не может быть вдохновляющим примером для консерваторов западного образца: государство, использующее неограниченную миграцию как инструмент сговора с дружественными ханствами и удержания их в зоне влияния, трактующее призывы к ее сворачиванию как караемый "экстремизм" и не допускающее какое бы то ни было обсуждение темы в остатках публичной политики, относящее к "хорошим традиционным религиям" и ту, что вызывает у правых наибольшие опасения, подавляющее региональные идентичности сверхцентрализацией - скорее противоположность их мечтаний. Но абсурд абсурдом, а грядущее смутно: не исключено, что сбудутся самые мрачные прогнозы, и новый лидер порешает все дела с Вовкой и ему подобными по понятиям, превратив мир из сферы сотрудничества в сферу дележа, из пространства созданного демократическими странами международного права - в пространство "национальных прав" (включая произвол любых диктатур в своих странах и примыкающих очерченных зонах), и исправить последствия такого шага назад окажется очень трудно или невозможно. Не исключено, что они не подтвердятся, и внешней политикой при Трампе будут заведовать реалисты вроде Пенса или бескомпромиссные ястребы типа Болтона, а предвыборные обещания развернуть обратно идущее год за годом сокращение военных трат будут выполнены и через несколько лет дадут Америке (при Трампе ли, при его ли сменщике) более серьезные инструменты против деструктивных сил на карте мира, чем при голубе Обаме. Мне вовсе не хочется участвовать в "нормализации ненормального", поэтому опасения за первый вариант остаются в тексте, а готовность к худшему в уме, и только время покажет обоснованность того и другого.

Но что касается остальной программы Трампа, касающейся собственно его страны, то представление о ней как о какой-то особо деструктивной или радикальной не выглядит резонным - она, программа, по меркам Республиканской партии скорее центристская. Протекционизм и изоляционизм в экономике несут больше минусов при высоких темпах развития: когда они не отличаются быстротой, как сегодня, в теории выигрыши для передовой экономики вроде американской могут быть и выше - а позднее ее новые достижения и технологии, избавленные в критический момент от опасной конкуренции, достанутся и всем остальным на планете. Обещания одновременно сокращать и налоги, и госдолг противоречивы, но пока не выбрано что-то одно, обсуждать плюсы и минусы обоих подходов трудно. Право населения страны решать, кого и на каких условиях к себе пускать навеки поселиться, святое и неотъемлемое (а не "фофызм"): если у американцев есть основания принять правила построже и возможность определить их жесткость через нового президента, нужно уважать их выбор. Остаются всякие символические темы типа того, что какие-то дегенераты нафантазировали себе, будто Трамп начнет гонения на ЛГБТ или будет смотреть на такое сквозь пальцы, исходя из чего и проголосовали за него, что кажется совсем уж несерьезным.

В числе безусловно одиозных обещаний нового президента, пожалуй, остается только сворачивание главного достижения Обамы по превращению США в более эгалитарную страну, то бишь Obamacare. Не стоит говорить, что это ОЧЕНЬ плохо, несмотря на якобы состоявшийся отход от обещания, за которым последовали долгие споры, то ли имелось в виду или не то. Однако чем определяется "социалка" в государстве? Соотношением общественного запроса и экономических возможностей его удовлетворить. Специфика США в том, что экономические возможности, безусловно, есть, если даже экономически менее крепкий ЕС с обеспечением бесплатной медицины все же справляется, но они при нынешних умеренных темпах роста вовсе не хлещут через край, а из-за общей неэффективности основанного на страховании медицинского сектора (в которое государство при Обаме только встроилось, а не перекроило его целиком) работать будут плохо и дорого. Это и определяет шаткость общественного запроса. Можно лишь надеяться, что риск оставить миллионы живых людей без медпомощи будет ощущаться гражданским обществом в США достаточно ясно, чтобы ограничить поползновения новой администрации (или простимулировать к более последовательным переменам позднее при другой администрации, если это не поможет сегодня).

Словом, почти все, что у победившего кандидата не относится к взаимодействию с внешним миром - в пределах допустимых изменений. Изменения эти во многом не радуют, но и не выглядят немотивированным произволом, малоприятные объективные причины у большинства из них очевидны. К тому же, на то они и изменения, чтобы не быть зафиксированными навечно и открывать наряду с новыми рисками и новые возможности: повысится уровень производительных сил, запрос у американского общества на механизмы социальной распределительной поддержки станет острее, проигравшая сторона призадумается над своими ошибками и исправится - при таких условиях тренд развернется обратно, и все будет хорошо. Пока мир определенно стал похуже, но Армагеддон, кажется, не на повестке дня.
bauris: (Akhnaton at zero...)
В свете истории про ленинградскую бабушку-блокадницу, умершую во время задержания:

Cop responds to shoplifting report with help, not handcuffs

LONDON, Ky. -- It started with a complaint about a shoplifter, but ended with an act of kindness.

When police officer Justin Roby was called to a supermarket in London, Kentucky, last month, he decided what a shoplifting suspect needed was a helping hand -- not handcuffs.

"As a police officer, it's not black and white for us," Roby told CBS affiliate WKYT-TV in Lexington. "There's a lot of gray. And you have to cipher through everything and you really need to figure out the whole story."

The suspect was a single father who had fallen on hard times, Roby said. The man was caught stealing baby formula for his six-month-old son, who was with him at the time.

A store official said he didn't want to press charges, and Roby agreed.

"Me citing him for court wouldn't have done any good for him," he said. "He's already short on money, can't afford formula, so me making him appear in court, he's still not going to have any food for that baby."

But what Roby did next showed the shoplifter what it truly means "to protect and serve." He bought some formula himself, giving it to the man for his baby.

"You put yourself in the situations," he said. "I think, 'Well, what if me and my son, what if this was us?"

Roby also gave the man a message, telling him there were people and organizations -- including the police department -- available to help those in need. Roby said there was nothing special about what he did and that his fellow officers do selfless acts -- changing tires, giving people rides to homeless shelters -- every day. It's just not always seen.


На чем стоило бы заострить внимание? Пожалуй, на том, как реальность противоречит оправданиям ваты "государственников" и "прагматиков", у которых старушка поплатилась жизнью если не заслуженно, то по обезличенной неизбежности: закон, дескать, свят, и на том стоит всякое общество - особенно развитые страны, на которые призывают равняться российские национал-предатели.

Но правоприменительный принцип "копеечного вора вешают, рублевому вору кланяются", по которому пенсионерку за сомнительную кражу притащат в околоток, а на сына министра обороны за убийство человека даже не заведут дела, имеет к закону весьма отдаленное отношение. Копеечных воров безо всяких затруднений вешали на всей планете во все времена, от Теночтитлана до Нанкина и от Урука до Пномпеня, и корреляцию этой нормы с историческим успехом того или иного сообщества невозможно определить уже поэтому. Однако прослеживается иная корреляция: с высокой вероятностью успеха и развития добивались те сообщества, в которых в один прекрасный момент те самые люди, что по нужде и от произвола рискуют стать копеечными ворами, однажды собирались в благородном порыве...

...и шли с веревкой к рублевым.
bauris: (Legacy of...)


...дабы избежать очередного взаимного непонимания с товарищами и упреков в упрощенчестве, но совесть велит обойтись. Кто в силах уразуметь - и так поймет.



Ластоногие в США:





Ластоногие в России:



via [livejournal.com profile] macos
bauris: (Default)
Царская власть науськивала своих подданных на немецкую вражину, а в это время кузен Никки с кузеном Вилли обменивались дружелюбными письмами, вспоминая балы, охоты, Кшесинскую и застреленных кошек.

Советская власть клеймила происки Запада, а в это время закупала импортные станки для оборонных заводов и потребительские товары для спецраспределения и награждала отличившихся партийцев иностранными командировками.

Но далее всех пошла россиянская власть, держащая народное достояние в американских ценных бумагах, экспортирующая большую часть нашей с вами нефти через голландскую подставную фирму во главе с гражданином Финляндии, катающаяся на немецких автомобилях, носящая швейцарские часы, отдыхающая в испанских особняках, и отсылающая свое потомство подальше от плебса в английские частные школы - и успешно парафинящая мозги своим холопам, внушая, что главный враг "там".

Однако, сколько веревочке ни виться, а конец будет.

http://lenta.ru/news/2012/01/27/usaid
http://sputnik-zakata.livejournal.com/66652.html
http://sputnik-zakata.livejournal.com/67560.html

Это настолько прекрасно, что комментировать - лишь время зря терять.

Profile

bauris: (Default)
bauris

August 2017

S M T W T F S
  123 45
6789101112
13141516 1718 19
20 212223242526
27 28 293031  

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 25th, 2017 10:20 pm
Powered by Dreamwidth Studios